Европейский союз неделим. Если одна нация подвергается запугиванию или остракизму, свободу теряют все. Это подтверждает если не минувшее столетие общего страдания, то каждая деталь нашей общей культуры.
Итак, основная цель Евросоюза – укреплять стабильность и безопасность при помощи динамической структуры экономической и политической взаимозависимости, в рамках которой все нации обладают безусловными правами. Но в отношениях между Евросоюзом и Россией на сегодняшний день такая структура отсутствует, в ущерб всем странам, лежащим между ними. Таким образом, жизненно необходимо, чтобы Германия сделала разрешение этой проблемы основной задачей своего едва начинающегося председательства в Евросоюзе.
Набивая сундуки за счет высоких цен на сырую нефть и природный газ, Россия вновь агрессивно противостоит небольшим и по-прежнему относительно слабым странам, покинувшим разваливающуюся советскую империю 15 лет назад. Учитывая заложенные в советскую эпоху остаточные экономические и институциональные связи, внешнее влияние России в регионе по-прежнему остается огромным. Но теперь энергетические рынки, испытывающие на себе крепкую хватку России, не ограничиваются ближайшими ее соседями.
Европейско-российские отношения значат слишком много, чтобы их развитие шло хаотичным, спонтанным образом, с помощью двусторонних соглашений. Сегодня Европа обладает беспрецедентной гибкостью; по мере роста зависимости от поставок российских энергоносителей рычаги Евросоюза ослабевают. Значит, стратегией Европы никак не может оставаться исторически хорошо утоптанный путь наименьшего сопротивления.
К сожалению, после окончания "холодной войны" нередко считалось, что враждебные намерения России остались в прошлом, и внешняя политика по отношению к ней велась так, словно традиционные дипломатические ходы более не применимы. Но, разумеется, они вполне уместны. Поощрение экономических и политических реформ – задачи важные, но они не могут подменять собой серьезные попытки сдерживания глубоко укоренившегося в России экспансионизма.
Разумеется, Россия имеет легитимные, относящиеся к сфере безопасности, интересы в странах, называемых ее "ближним зарубежьем". Но европейская стабильность и приверженность экономическому росту на всем континенте требует, чтобы эти интересы удовлетворялись без помощи экономического давления или одностороннего вмешательства.
Жизнеспособная политика Европы по отношению к России должна исходить из растущей зависимости Европы от российских источников энергии. Любой другой подход не учтет наиболее важного вопроса – о надежности России как поставщика энергоносителей.
Несмотря на то, что принадлежащий государству монополист "Газпром" контролирует крупнейшие газовые месторождения планеты, он не производит природный газ в количествах, которые обеспечили бы шестипроцентный годовой рост экономики. Три крупнейшие месторождения, принадлежащие "Газпрому" и обеспечивающие три четверти его производства, находятся в упадке. Эта внутренняя нехватка означает, что "Газпром" не в состоянии увеличить поставки газа в Европу, по крайней мере, в ближайшем будущем, если только он не начнет осуществлять закупки газа по ценам ниже рыночных у своих восточно-европейских и центрально-азиатских соседей – с тем, чтобы затем продавать его европейским клиентам, но уже по рыночной цене. В то же самое время Россия стремится обслуживать и другие рынки, в первую очередь на своих восточных рубежах.
Проблема не в нехватке ресурсов, а в инвестиционной стратегии "Газпрома". В последние годы компания энергично тратила деньги на все, кроме развития своих резервов. Она уже построила или строит газопроводы в Турцию и Германию, захватила нефтяную компанию, нащупывает почву на дистрибьюторских рынках Европы. Вместо того чтобы вкладывать деньги в разведку нефтяных месторождений, "Газпром" сделался крупнейшей медиа-группой России. Все это делалось во имя создания и поддержки национального энергогиганта, который также выполняет роль одного из рычагов внешней политики Кремля.
В то же самое время с постепенным сокращением вложений в основную деятельность "Газпрома" – производство – приближается кризис, который потребует помощи и твердой руки Евросоюза. Амбиции "Газпрома" обрести контроль над трубопроводом и транспортной энергетической инфраструктурой необходимо сдерживать, что подразумевает создание условий для процветания независимых производителей. Действительно, независимые производители уже обеспечивают 20 процентов внутренних продаж природного газа в России. Для наращивания мощности их производства и предоставления им прямого доступа на европейские рынки потребуются стимулы, опирающиеся на законы рынка.
Европа может помочь делу, настаивая на участии России в Европейской энергетической хартии, что заставит "Газпром" предоставить своим конкурентам доступ к российским трубопроводам, а все спорные вопросы решать в международных арбитражных судах. Европейская политика честной конкуренции, уже позволившая приструнить гигантские компании вроде "Microsoft", может помочь и "Газпром" превратить в нормального участника конкурентной борьбы.
Европейским лидерам следовало бы вступить в открытую дискуссию о том, где именно сталкиваются или в чем различаются интересы России и Европы, причем эти переговоры должны учитывать мнение и региональных соседей, одновременно производящих энергию и осуществляющих ее транзит, - таких стран, как моя, Украина. Москва скорее поймет политику, основанную на общем уважении к интересам друг друга, чем простые призывы к дружбе и добрососедству.
Россию надлежит приветствовать в институтах и соглашениях, стимулирующих сотрудничество, наделяя ее взаимными правами и обязанностями. Не обращать внимания на политическую и экономическую агрессию – значит подавлять российские реформы, а не поддерживать их. С трудом достигнутая независимость бывших советских республик не должна оказаться картой, с молчаливого согласия разменянной в уступку российскому стремлению к региональной гегемонии.
Лидеры России могут рассчитывать на понимание со стороны мирового сообщества в своей борьбе за преодоление последствий советского строя, на протяжении поколений совершавшего одну ошибку за другой. Но сфера влияния, 300 лет сохранявшаяся за русскими царями и комиссарами, не перешла к ним по наследству. Если Россия намерена стать для Европы серьезным партнером, вместе с преимуществами такого статуса она должна принять на себя и обязательства, гарантирующие стабильность. Если Европа намерена поддержать свое благополучие и энергетическую безопасность, она не вправе требовать меньшего.
Юлия Тимошенко, бывший премьер-министр Украины, ныне лидер оппозиции
Перевод tymoshenko.com.ua
